Ничто не вечно под луной.
Ни ты, ни я и не любовь.
А только пенье соловья,
Да храбро пролитая кровь.

Ведь вспомнят пенье соловья,
Как красоту мирских утех.
А храбро пролитую кровь,
Как жертву за свободу всех.

Они разбудят этот мир,
Они заставят вздрогнуть вновь.
Чтоб появилась бы на свет
И ты, и я, и та любовь.

Пускай не мог я веселиться,
И не умел красиво жить.
Зато умел тебя я вечно
С большою нежностью любить.

Зато умел смотреть ночами
Я с восхищеньем на луну.
И рядом представлял с собою
Тебя, на свете лишь одну.

Пускай я был просто и робкий,
И не герой и не подлец,
Зато нашёл твоё я сердце
Среди других людских сердец.

И к людскому крался я жилищу
По пустому сумрачному полю
Добывать полуночную пищу,
Богом мне назначенную долю.

Но нежданно в темном перелеске
Я увидел нежный образ девы
И запомнил яркие подвески,
Поступь лани, взоры королевы.

«Призрак Счастья, Белая Невеста»…
Думал я, дрожащий и смущенный,
А она промолвила: «Ни с места!»
И смотрела тихо и влюбленно.

Я молчал, ее покорный кличу,
Я лежал, ее окован знаком,
И достался, как шакал, в добычу
Набежавшим яростным собакам.

А она прошла за перелеском
Тихими и легкими шагами,
Лунный луч кружился по подвескам,
Звезды говорили с жемчугами.

Да, я знаю, я вам не пара,
Я пришел из иной страны,
И мне нравится не гитара,
А дикарский напев зурны.

Не по залам и по салонам
Темным платьям и пиджакам —
Я читаю стихи драконам,
Водопадам и облакам.

Я люблю — как араб в пустыне
Припадает к воде и пьет,
А не рыцарем на картине,
Что на звезды смотрит и ждет.

И умру я не на постели,
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще,

Чтоб войти не во всем открытый,
Протестантский, прибранный рай,
А туда, где разбойник, мытарь
И блудница крикнут: вставай!

Я зол и слаб. Земное море
Я перешел своим умом...
Как прежде царствовало горе, —
Теперь царит в душе разгром...

Тоскуя по минувшей страсти,
По молодой весне добра,
Я жду иной, нездешней власти,
Иного, летнего утра...

Я зол и слаб. Ищу напрасно...
В надежде вяну, — злобно рвусь, —
Но рваться трудно... гасну, гасну
И быстро к смерти вниз качусь...

Не завидуй другу если он богаче,
Если он красивий, если он умней.
Пусть его достатки, пусть его удачи
У твоих сандалей не сотрут ремней

Двигайся быстрее по своей дороге,
Улыбайся шире от его удач.
Может быть, блаженство на твоём пароге,
А его, быть может, ждут нужда и плач.

В моей беспокойной и трудной судьбе
Останешься ты навсегда.
Меня поезда привозили к тебе,
И я полюбил поезда.

Петляли дороги, и ветер трубил
В разливе сигнальных огней.
Я милую землю навек полюбил
За то, что ты ходишь по ней.

Была ты со мной в непроглядном дыму,
Надежда моя и броня,
Я, может, себя полюбил потому,
Что ты полюбила меня.

Я в этой жизни милой
Изведал все пути.
Господь меня помилуй,
Господь меня прости!
Господь меня прости!

Но суеты унылой
Не смог я побороть
Господь меня помилуй,
Прости меня, Господь!
Прости меня, Господь!

Случалось в жизни, Боже,
Служил я злу и лжи.
Суди меня построже,
Суди и накажи.
Суди и накажи.

Я в этой жизни, Боже,
Изведал все пути.
Суди меня построже,
Суди... И все ж прости.
Ты все ж меня прости